Зачем возрождали казачество, какое у него место в современном мире?

Тип статьи:
Рецензия

Зачем возрождали казачество, какое у него место в современном мире, нужны ли казачьи классы в школах, «АиФ-Юг» рассказал первый атаман возрожденного Кубанского казачьего войска Владимир Громов.

Интерес к истории
Федор Пономарев, «АиФ-Юг»: Владимир Прокофьевич, вы стояли у истоков возрождения Кубанского казачьего войска в начале 90-х годов прошлого века. А зачем это было нужно, ведь радикально изменилась сама жизнь?

Владимир Громов: Когда говорят о возрождении казачества, забывают, что именно в 90-е были созданы предпосылки для этого. Во-первых, еще жива была память: мое поколение — последнее, которое воспитывали настоящие казаки, наши деды и бабушки. Во-вторых, вопреки гонениям и репрессиям сохранилась историческая память принадлежности к казакам. Я с детства знал, что мы — казаки, потому что фотографии деда, служившего с генералом Скобелевым, висели на стене, и бабушка часто рассказывала о нем. В-третьих, сохранилась культура. Тогда она не выпячивалась: люди просто пели песни, соблюдали обряды, и никто не говорил, что они казачьи — просто наши.

Досье
Владимир Прокофьевич Громов родился 21 февраля 1950 года на хуторе Курчанском. Кандидат исторических наук, казачий генерал, атаман ККВ с 1990 по 2008 годы. Сейчас — депутат Законодательного собрания края.
К тому же еще в 70-80-х годах в обществе вырос интерес к истории края, родных станиц и городов. Появилась целая плеяда краеведов. Везде создавали фольклорные коллективы. Старики исполняли песни и, видя людей в зале, со слезами говорили: «А мы думали шо оно умрэ и никому уже не нужнэ».

Плюс тогда начался процесс демократизации общества и появились предпосылки для создания организаций, любительских объединений и т. д. В 1988 году в крае на кафедре, где я был доцентом, образовался кружок «Военная история России и казачества». Через год на его базе появился первый в крае «Кубанский казачий клуб». Мы собирались, читали лекции о казачестве, слушали доклады друг друга. О нас мало кто знал, но после передачи на краевом телевидении стали приезжать люди со всего края. А в октябре 1990 года прошел первый учредительный съезд казаков, и появилась Кубанская казачья рада.

Не только служить
— Вы начинали как общество любителей родной истории, но сейчас казаки получают деньги из бюджета, несут службу, патрулируют улицы — нужно ли это, ведь в XIX век не вернешься? Представить человека, спешащего на государеву службу с шашкой и на коне, невозможно.

— Дважды в одну реку не вступаю, поэтому важно было сразу определиться с целями и задачами возрождения. Я уверен, кубанскому казачеству повезло, что в самом начале во главе этого движения оказались не только сами казаки, но и грамотные и эрудированные специалисты: историки, этнографы, юристы, которые объединяли в себе роль идеологов, теоретиков, практиков. И важно было определить, что же мы хотим возрождать.

Горькая память. Как кубанские казаки пострадали от репрессий
Мы сформулировали задачу этнокультурного возрождения казачества, а потом появился закон о реабилитации репрессированных народов, где было дано определение казачества как исторически сложившейся культурно-этнической общности. До революции казаки были сословием, так как общество было сословным. А сословие может претендовать на какие-то льготы и привилегии. В XXI веке мы просто не могли это возрождать. Но казачество всегда представляло собой очень сложное явление, в котором социальная составляющая тесно переплеталась с этнической и культурной. У каждого казачьего войска были собственная культура, своя система ценностей, свой менталитет — об их возрождении мы и говорим. Если федеральная концепция казачества говорит только о службе, то наша — еще и о культуре, традициях, формировании этнического самосознания. Это очень важно. К тому же казаки должны работать на земле, на которой живут, а не быть в собственных и в государственных глазах только служивой категорией. И, наконец, власть не должна вмешиваться во внутреннюю жизнь казачьего войска.

Кавказ нужно знать, а соседей — уважать. То, что адыги поддержали возрождение казачества как народа, для нас очень важно.
Адыги поддержали возрождение казачества
— С давних времен у казаков и горских народов исторически сложились непростые отношения: когда возрождали казачество, не было сомнений, что это может стать искрой для национального вопроса?

— Кавказ нужно знать, а соседей — уважать. Поэтому перед первым съездом мы повстречались с членами влиятельной тогда адыгской организации «Адыгэ Хасэ» и рассказали, что не претендуем ни на какие привилегии, а просто хотим быть народом с культурой, традициями и прививать их своим детям. Соседи были только за.

В 1991 году меня неожиданно пригласили на 180-летие аула Понежукай, где я никогда не был. Мы приехали, я был в напряжении, не зная, как воспримут. Вдруг от толпы отделилась пожилая адыгейка, подошла, провела руками по моей черкесске и газырям и сказала: «Мы утратили это. Спасибо, сынок, что вы сохранили». Потом я поприветствовал стариков, а они мне, атаману, стали жаловаться, что мечеть в ауле не разрешают строить. То, что адыги поддержали возрождение казачества как народа, для нас очень важно.

— Казачество, конечно, переживает сейчас другой этап. И мы когда-то искали себя в современном обществе. Понимали, что должны занять какую-то нишу, чтобы быть полезными отечеству. Пусть на меня обижаются, но все лучшее создано именно тогда, на рубеже XX-XXI веков. Мы заложили фундамент: и казачье образование, и охрана правопорядка, причем не за деньги, а на общественных началах, и многое другое появилось именно в то время. Но когда казаки вошли в государственный реестр, появился некий перекос — государство сделало ставку только на службу. Мы не отказываемся, но это не должно быть главным, ведь чтобы служить, нужно казачонка родить и хорошо воспитать.

— К вопросу о воспитании. Сейчас казачьи классы есть в каждой кубанской школе, учат в них, говорят «уважать старших, любить Родину и т.д.». Но это ценности общечеловеческие, которые воспитывают в семье, в обычной школе.

Когда казаки вошли в государственный реестр, появился некий перекос — государство сделало ставку только на службу. Мы не отказываемся, но это не должно быть главным, ведь чтобы служить, нужно казачонка родить и хорошо воспитать.
— Да, это ценности общие, но культура казачья все-таки отличается. Ведь Кубанский хор нам все равно ближе, чем хор имени Пятницкого, потому что это наше, родное. А в культуре сейчас много наносного — зайдите в любой казачий магазин, там продают нагайки, но кубанцы никогда их не носили и, слава Богу, не носят и сейчас. Казак должен показать свою культуру, воспитанность, интеллект, образованность — этим покоряйте и удивляйте.

— Михаил Шолохов прославил донских казаков на весь мир, почему не нашлось сопоставимого по уровню писателя на Кубани?

— Шолохов — достояние не только донского казачества, но и России, и всего мира. У нас тоже были свои писатели: и Радченко, и Крамаренко, и Первенцев, но все зависит от таланта — он либо есть, либо нет. Донцам повезло, но мы тоже казаки, поэтому можем тоже гордиться им.

Сто лет Первой мировой войне. Как воевали кубанские казаки
— В истории кубанского казачества есть неоднозначные фигуры, такие как Андрей Шкуро и Вячеслав Науменко, сотрудничавшие с фашистами во время Второй мировой. Как к ним относятся сами казаки?

— И тот, и другой проявили себя патриотами в Первой мировой, в Гражданской воевали против советской власти. Да, это была братоубийственная война, в которой жестокость красного террора мало отличалась от белого. И тут не нужно судить, кто был прав или виноват — надо помнить всех и извлекать уроки из этой трагедии. А потом была Великая Отечественная, и оба вошли в главное управление казачьих войск при немецком командовании, а переход на сторону врага никому, особенно офицерам, не делает чести.

Только в 1953 году Науменко публично признал, мол, какими мы были наивными, когда поверили, что немцы несут свободу нашему народу. Но моя бабушка, раскулаченная, неграмотная, в начале войны собрала шестерых сыновей и сказала: «Власть хоть и безбожная, но идите и воюйте, батька не позорьте». И троих сыновей не дождалась — казачка поняла, что речь шла о Родине, а генералы не поняли. По-разному можно относиться к советской власти, но против Родины воевать нельзя. Атаман Науменко — сложная и противоречивая личность, никто его не обеляет, но в то же время мы должны быть ему признательны за сохранение регалий — таких нет больше ни у одного казачьего войска.

RSS
Отличная статья, все очень доходчиво и познавательно
Комментарий удален